0
0
Кем работать охотнику в России? Актуальность и противоречия нашего бытия
Изображение создано с помощью технологий искусственного интеллекта
Многие приходят в охоту, начитавшись литературы, посвященной охоте. Имена Аксакова, Тургенева, Толстого, Некрасова, Фета, Астафьева, Соколова-Микитова и других писателей-охотников известны далеко за пределами школьного курса по русской классике. Однако многие из тех профессий, о которых мы читаем на страницах произведений, ушли или на наших глазах уходят из нашей жизни.
Вызывает вопросы само место охоты в экономике страны – отдельная ли это отрасль или это уже часть рекреационного туризма? Прибыльна ли она? Насколько? И будет ли она вообще когда-нибудь прибыльной? И только ли прибылью измеряется ее состоятельность?
Исчезли из нашего мира обер-егермейстеры, ловчие, псари. Еще сохраняются сокольники и лошадиные объездчики, но и их функции от прикладных меняются в сторону церемониальных, в сторону «национального достояния» тех или иных республик вне и внутри России. Есть ли будущее у промыслового охотника, траппера, таксидермиста? Что будет с егерями через 10, 20, 30 лет?
В современном мире границы профессии охотника очень сильно размываются. Сам охотник как деревенский или артельный труженик исчезает. Его место заняли городские охотники. Люди, для которых охота не носит экзистенциального значения. Они могут выжить и без ежегодных, ежемесячных и ежедневных охот. Для многих охота это стиль жизни, но не вопрос жизни как таковой. Такие охотники сильно меняют лицо отечественной охоты, находят в ней новые возможности и даже новые экономические ниши, совмещая её с другими сферами деятельности.
Так какие же новые профессии, связанные с охотой, появляются последнее время?
Долгое время на сайте вакансий Красноярского края висело объявление о том, что местному краевому МЧС требуется охотник-охранник для работы в условиях тайги. Из описания вакансии следовало, что такой человек нужен при заброске на вертолетах в дикий край чтобы обезопасить кадровых сотрудников службы от нападения диких животных. В первую очередь, медведя.
В вакансии охотника-охранника навыки выслеживания дичи и работы в сложных условиях комбинируются с обязанностями телохранителя или сотрудника частной охраны. Такой специалист может сопровождать VIP-персон в охотничьих угодьях, обеспечивая безопасность во время привалов или перемещений.
Схожие по компетенциям вакансии время от времени предлагают и компании, организующие геологоразведывательные экспедиции. Последнее время их стало заметно меньше, но на официальных сайтах компаний еще можно найти вакансии в группу геологов. Охотник-охранник в таких экспедициях используется и как носильщик оборудования, и как устроитель походного лагеря. На него, кроме защиты группы от зверей, возлагаются многие обязанности по обустройству быта.
Другая новая охотничья профессия для городского охотника — охотник-фотограф.
В большинстве случаев, во время охотничьего выезда фотографии делаются либо членами охотничьей группы на обычный телефон, либо специально нанятым фотографом-репортажником. В первом случае качество фотографий нередко оставляет желать лучшего, а во втором – сам фотограф нередко становится на охоте проблемой, так как не всегда готов к длительным переходам, жестким условиям, влияющим на оборудование, особенностям передвижения и жизнеобеспечения. Это ставит вопрос о перспективах профессии охотника-фотографа.
Такая профессия ближе к сфере wildlife-фотографии и документальной съёмки, но требует и дополнительной специализации. Фотограф-охотник точно знает что и как снимать, знаком с традициями и стандартами фотофиксации добычи не только в художественных целях, но и для последующей вполне утилитарной трофейной оценки. Кроме этого, как охотник он также должен уметь помочь добрать подранка или участвовать в организации лагеря или загона, когда понадобятся дополнительные руки. Такой охотник в первую очередь должен быть нацелен искать уникальные кадры, часто в труднодоступных местах, и при этом точно знать какие кадры ценят сами охотники и охотничьи фотоконкурсы. Поэтому начали появляться охотники-фотографы «на земле» — которые сопровождают различные группы в своем регионе, зная его ландшафты и особенности охотничьей карты своего края. Иногда их приглашают для работы в заповедниках, национальных парках или на съёмки фильмов о природе.
Еще одной новой профессией для охотника становится работа инструктором по безопасному обращению с оружием и полевой подготовке.
Если в советское время необходимые на случай войны полезные навыки гражданскому населению преподавали структуры гражданской обороны, то уже в наше время с этим возникли известные проблемы. В первые годы СВО ощущался серьезный недостаток специалистов по правилам безопасности, ориентированию, первой помощи, поведению в зоне боевых действий. Этот недостаток не смогли восполнить специалисты по туризму и выживанию в дикой природе. Сегодня этот дефицит не такой острый, и охотничьи навыки позволяют легко обойти кандидатов на вакансию в тренировочный лагерь — кандидатов дипломами и рекомендациями.
Инструктором по безопасному обращению с оружием, первой помощи, ориентированию на местности и полевой подготовке легко может устроиться в тренировочные лагеря, который сегодня проводят все – от казаков и церкви до общественных патриотических движений и политических партий. Также такой специалист востребован и по своему прямому назначению — при работе с иностранными охотниками.
Цифровой век создает и новые цифровые профессии. Охоту это тоже затронуло: появляются, хоть и ограниченно, запросы на профессию, совмещающую охоту и цифровые данные.
Специалист по работе с данными систем фото- и видеофиксации. Речь не просто об установке фотоловушек, а об анализе потоков данных с них, настройке алгоритмов для автоматического распознавания видов и поведения животных, интеграции этих систем в общую базу данных хозяйства. Для планирования квот и оценки устойчивости популяций ими собираются и обрабатываются большие массивы информации: данные фотоловушек, GPS-ошейников, климатические и ландшафтные показатели.
Хозяйств, способных позволить себе интегрированную цифровую среду управления охотничьими ресурсами, не так много. Но уже сейчас появляются специализированные охотхозяйства, близкие к региональным властям, куда часто вывозят для охот, например, потенциальных инвесторов. Они особенно отличаются интересом к цифровизации и внедряют у себя многие корпоративные практики, распространенные в больших городах. В том числе нанимают и аналитиков данных, понимающих и любящих охоту.
Часто такой специалист является и специалистом по дистанционному мониторингу с помощью БПЛА. С распространением дронов появилась потребность в людях, которые умеют запускать их для учёта животных, поиска подранков, патрулирования угодий или выявления браконьерства. Такой специалист сочетает навыки оператора беспилотника с пониманием биологии зверей и правил использования техники.
Вольерная охота в России стала возможна только в последнем десятилетии, поэтому специалистов по дичеразведению и управлению вольерными хозяйствами в стране все еще не так много.
Направление разведения охотничьих видов в полувольных условиях с последующим выпуском в угодья или без такового появилось совсем недавно. Здесь нужны люди, которые умеют работать с популяциями: контролировать здоровье животных, заниматься селекцией, формировать кормовую базу. Здесь появляются большие перспективы для людей, желающих заниматься охотой профессионально, а дикую и полудикую среду рассматривают как открывающееся поле для возможностей самореализации.
Уже завоевала популярность в России профессия охотника-гида. Профессиональный охотник, который выступает проводником для клиентов, стал важной частью индустрии охотничьего туризма. Он знает повадки зверей, помогает выбрать трофей, обеспечивает безопасность в сложных условиях. Такие специалисты востребованы в странах с развитым охотничьим туризмом. Например, в некоторых регионах Африки. Но запрос на него появляется и в России – в перспективных регионах Кавказа, Алтая, Дальнего Востока.
Возможно, в будущем с этой профессией будет связана и другая – что-то вроде охотника-исследователя. Это человек, который бы сочетает охотничий опыт с научной работой. Клубы трофейной охоты нередко сотрудничают с биолабораториями и исследовательскими центрами, собирая биологические образцы видов, на которых ведут трофейную охоту. Рано или поздно эта работа станет системной и потребует специализированные кадры для полевых наблюдений: фиксация поведения животных, сбор данных для изучения экологии вида, наблюдение изменений миграционных привычек, роли видов в экосистеме.
Большинство новых профессий в охоте, ее «необычные» варианты — это не отдельные профессии, а удачные гибриды, где охотничий опыт дополняет и обогащает другую сферу деятельности. Они отражают сложный транзит, который происходит во всей сфере охоты. В постмодернистском и постиндустриальном мире охота как человеческая практика точно сохраняется. Она пытается найти новую роль, ищет, какое место в новом разделении труда может занять. Эти поиски не всегда результативны, всегда драматичны и иногда даже весьма трагичны. Но они не закончены. И каждый имеет возможность позволить охотнику, скрытому внутри нас, найти новое применение своим навыкам в этих сложных меняющихся экономических, политических, культурных условиях.
Возможно, охота настолько изменится под влиянием БПЛА и искусственного интеллекта, что мы ее уже не узнаем. Но я уверен, что за тех наших потомков, кто придет в эту сферу в будущем, не будет стыдно нашим предкам традиционных охотничьих профессий – псарей, сокольников и обер-егермейстеров.
