0
0
Оставляя лосю шанс. За доли секунды до выстрела что-то екнуло в сердце
ФОТО USFWS MOUNTAIN-PRAIRIE/WIKIMEDIA.ORG (PD)
Тишиной, перезрелыми сыроежками и черными груздями встретил меня сумеречный ельник. Я с волнением смотрел на открывшееся передо мной бескрайнее моховое клюквенно-багульниковое царство, на грядах-островах которого мне предстояло сегодня найти и добыть огромного старого лося, чьи следы я видел здесь в конце лета.
Романтик в душе, как и большинство настоящих охотников, я живо представил его где-то здесь, на островах суши среди этих болот, где сейчас поздними вечерами и на рассвете проходит гон лосей. Какая неожиданная и суровая красота вокруг, подумал я, оглядывая бесконечное и кажущееся отсюда жутковатым это дикое царство первозданной природы! Тихо, скромно и незаметно осень вступила в свои права. По искрящимся рано утром холодной росой лугам, по золотому убранству лесов, по торжественной песне журавлей мы, люди, узнаем, что жаркое лето ушло от нас. Я немного полюбовался обаянием окружающей меня природы, чувствуя в себе не только азарт охотника, но и жажду природолюба и истинного натуралиста.
Осторожно и аккуратно пройдя километров десять по колышущейся трясине топкого болота от гряды к гряде, я нашел то, что искал. Из болота на большой, судя по карте, продолговатый остров выходили следы огромного лося. Копыта растопырены, но мох и грязь под ними проваливались, и кое-где от следов оставалась просто глубокая яма. Я внимательно изучал следы. По этой тропе в трясине, среди высокой травы «мой» лось ходил уже не первый раз за последнее время. Значит, он где-то здесь и живет.
Я уже слегка поругивал себя за мальчишество: бравируя перед самим собой своими промысловыми способностями, благородно давая уравненный шанс на удачу в жизни себе и лосю, я не взял свой надежный и проверенный годами охотничий карабин, а принципиально вооружился гладкоствольным ТОЗ-34, хотя и с самыми надежными и лучшими пулями Полева. Почему ружье? Потому что болото, потому что адреналин, потому что хотелось чуть-чуть уравнять наши возможности с острожным, сильным и опытным зверем.
Лосю много лет, и он многих охотников, хищников перехитрил, а некоторых и победил за это время. А тут неожиданно для нас обоих пришло время нам встретиться, и один из нас имеет все шансы победить. А это значит, он не должен допустить меня к себе ближе, чем на пятьдесят метров. Подпустит — его шансы на жизнь будут равны практически нулю. Не подпустит — мои шансы на «золотой» трофей тоже окажутся нулевыми. Примерно так я думал и категорически запретил егерю вмешиваться в ход этой принципиальной охоты-поединка.
Пули Полева — это семейство подкалиберных пуль для гладкоствольного оружия, разработанных Виктором Владимировичем Полевым, которые отличаются друг от друга конструкцией, массой, формой головной части. ФОТО LORD MOUNTBATTEN/WIKIMEDIA.ORG (CC0)
След «моего» лося нашелся, и даже не один, и это обнадеживало. Адреналин взыграл, и я, осторожно ступая и изредка поглядывая на компас, стал углубляться в мшистый сумрачный сосняк. Видимость примерно метров на сто — сто двадцать. Хорошо! Двести метров обзора я имел вокруг себя. Жалко, что время уже перевалило за полдень, а значит, скоро наступят сумерки: при любом раскладе придется заночевать в лесу. Но с собой все для этого есть в рюкзаке: плащ, топор, еда, кофе, спирт, сигареты, котелок, а сам я не чувствую пока усталости. Разных следов лосей стало попадаться все больше, появились «лосиные мухи», а вот, наконец, и сами лоси.
Достал бинокль: нет среди них моего. Чуть правее намеченного мною пути среди леса стояла семья лосей. Два рогача, один с большими рогами, другой — спичак, два сеголетка и большая, красивая, крепкая буроватая самка. Стояли тихо, но меня уже слышали, а может, и видели — вон морды повернуты в мою строну. Мне нельзя их пугать: побегут и «моего» лося спугнут, отгонят в сторону, насторожат. Поэтому я обошел эту семью стороной и тут же нашел нужный крупный след лося, абсолютно свежий, не больше суток. Черничник и багульник прижаты, не выпрямились. А вот и катышки, еще не засохшие.
Я тихо шел по еле приметным следам, периодически осматривая в бинокль подозрительные, несимметричные темные пятна среди сосен. Забирая вправо от следов, я опять приблизился к болоту. Кхе-кхе, хе-хе-хе, клинь-клинь! То ли кашель, то ли сдавленный смех послышались совсем рядом. Первое, что мелькнуло в голове, — это егерь, который должен ждать меня совсем в другом месте. Но из-за островка елочек стремительно вспорхнули странные птицы. Чуть побольше голубя, но не рябчики. Рыже-ржавого цвета, с черными поперечными полосками, белыми перьями в крыльях и с головами и шеями темно-каштанового цвета.
Я не поверил своим глазам. Судя по всему, это был десяток краснокнижных белых куропаток. Их еще называют тундровыми. Целая семья. И я, увидев это чудо, на минуту забыл о лосе. Но только на минуту. Лось, судя по следам, шел параллельно кромке острова-гряды, обильно покрытого лишайниками сосняка, и кромке берега болота. Я уже разобрался по следам, что он здесь ходит постоянно.
Вновь свернув влево, я стал обходить следы «моего» лося с левой стороны, и вдруг мое внимание привлекло несимметричное черное пятно среди деревьев. Я поднял бинокль. Он! Смотрит в мою сторону. Спокойно смотрит, пока не настороженно. Рога — не меньше пятнадцати отростков на каждой «лопате». Золотая медаль — сто процентов! Эх! Отсюда больше ста метров:
из карабина даже без оптики я бы остановил его первым выстрелом. А что делать сейчас?
Я осторожно снял ружье, зачем-то снял его с предохранителя. Справа болото. Слева лес большого острова среди болота. Успокоив дыхание, не спуская глаз с черного пятна среди деревьев, я начал думать. Лось, возможно, еще не понимает моих намерений, и я должен этим воспользоваться. Если пойдет в болото, мне его не догнать. А в лесу есть шанс подойти к нему поближе, на расстояние выстрела, из-под ветра, прячась за деревьями.
ТОЗ-34 — надежное и универсальное ружье для всех видов охот. ФОТО СВЕТЛАНЫ БУРКОВСКОЙ
И я начал тихо, пригнувшись, уходить полукругом якобы к болоту, но продвигался все ближе и ближе к лосю. Я уже хорошо видел его без бинокля, и он меня, кажется, тоже видел. Напрягся. Начал уходить в большой лес, от болота. Я тихо пошел за ним в пределах видимости. Лось шел осторожно и как-то странно. Вел за собой, что ли?.. Лось шел под ветер. Это хорошо.
По карте я видел, что впереди у нас по курсу был перешеек: лес, по которому я сейчас шел, сужался клином и вдавался в болото, а затем обратным клином расширялся и переходил опять в большой лес. Лось, наверное, намеревался уйти в другой участок большого леса.
Примерно через полтора километра должен быть этот самый узкий перешеек. Я быстро принял единственное, но рискованное решение: по кромке болота, перебежками стал пробираться максимально бесшумно к этому перешейку. И вскоре увидел, что лес впереди сужается, прорастая серыми густыми зарослями ольхи, крушины, ивняками, кое-где с примесью березок, сосны и осинника, а затем обратным клином темного взрослого леса разрывает болото.
Мокрый от пота и возбуждения, я мчался на перешеек и боковым зрением заметил лосей. Точно не подсчитал, но не меньше трех. Пригибаясь как можно ниже, чтобы их не пугать и не делать лишнего шума, я обошел их стройной. За пятнадцать минут я отмахал больше километра по практически непроходимому болоту. И вот я на перешейке. Прислушался. Кругом тишина. Прошел в самый центр клина, нашел упавшую и заросшую высокой травой старую, без коры елку и, спрятавшись за ее выворотнем, замер. Тем временем стало сереть, в придачу пошел мелкий дождь, сгущались сумерки.
Отдышался. И тут же услыхал характерный топот. Прямо на меня из леса бежал «мой» лось. Я пригнулся. Топот и шелест травы все ближе, ближе. Пора. Я встал и одновременно вскинул к плечу ружье. А, черт! Лосиха! За ней два лосенка. Заметили меня, но назад поворачивать им поздно, и они побежали в тридцати шагах от меня. Причем самка отстала немного и явно прикрывала собой детишек, вытянувшись от напряжения как струна.
А где ж самец? А вот он. Рога большие, но это не «мой» лось, этот поменьше. Ишь ты, отец семейства! Пустил вперед себя семью, а сам пошел следом, чуть поодаль. Он видел напряжение лосихи и обошел опасность стороной…
Тут я краем глаза заметил какое-то движение со стороны болота, и меня бросило в жар: тихо и осторожно «мой» лось-рогач по высокой траве пытался уйти между мной и болотом в другой клин леса. Вот она, великая мудрость острожного старого зверя! Сначала выгнал на охотника семью других лосей, а затем сам тихонечко стал уходить стороной по высокой траве. Но ему надо было сделать дугу метров под сто пятьдесят, а мне напрямую до клина метров тридцать. И я побежал по высокой траве, пригибаясь, не чувствуя под собой ног, и успел-таки его опередить.
Огромный, черно-бурый, с сединой лось, поздно заметив меня, продолжил бежать в сторону большого леса и уже находился метрах в пятидесяти напротив меня. Выдохнув, я вынес на голову вперед упреждение, намереваясь попасть в «хомут», и плавно нажал на спусковой крючок. Услышал знакомый шлепок пули и продолжил целиться, но лось, пробежав по инерции несколько шагов, остановился. Вскоре над травой взметнулись и исчезли серебристо-серые блики лосиных ног. И вдруг я неожиданно для себя понял, что мне стало… жалко его.
Удача на моей стороне, а эти рога будут мне напоминать о состоявшейся охоте. ФОТО СВЕТЛАНЫ БУРКОВСКОЙ
Я медленно опустил ружье, по лицу струился пот. Я охотник-профессионал, искушенный опытом сотен охот, приехал за своей добычей за двести с лишним километров, обхитрил зверя, нашел его, но буквально за доли секунды до выстрела что-то екнуло в сердце, и… Но уже было поздно. Я вздохнул, сбрасывая напряжение. Это — охота. Я вдруг понял, что лось уходил очень грамотно, красиво, стороной, а ведь по логике, заметив меня, он должен был насторожиться и, погнав семью лосей на меня, остаться в лесу. Но он все-таки упрямо решил уйти туда, куда до этого держал свой путь. Это его и погубило…
Мало кто поверит, что красавца лося я один на один словил, как говорят охотники и их жены в Коми, в бесконечном диком болоте, вдали от цивилизации, и не из нарезного дальнобойного оружия, а из своего любимого гладкоствольного охотничьего ружья, простой, но надежной пулей талантливого инженера Виктора Полева.
Возвращаться к машине было поздно, и мы с подоспевшим егерем, который был рад моей удаче не меньше меня, оборудовали стоянку на сухой гряде старого ельника, на мысу клина леса, куда и бежал лось. Всю ночь сидя у костра и жаря на палочках сало вперемежку с лосятиной, мы так и не уснули. Разговаривали, молчали, опять говорили. Удивительный человек мой проводник! Общаться с ним было очень легко: и молчать было хорошо, глядя на костер и думая о своем, и отвечать на его умные, необычные и интересные вопросы было приятно, и курить, и пить кофе с ягодками клюквы, а потом опять молчать. Утром, еще в темноте, егерь собрался в деревню за конем, и мы тепло попрощались, договорившись, что я приеду к нему завтра за моим честно заработанным трофеем, а еще зимой — на охоту на волков.
Возвращаясь напрямую через топкое и небезопасное болото к своей машине, я даже не зарядил ружье; шел, просто прощупывая слегой тропу, вдыхая запахи сырого мха, багульника, спелой клюквы и вялых сыроежек как очередной подарок судьбы от самой матушки-природы.
